интервью

Григорий Сергеев: «Редко поиск ребенка с аутизмом длится больше нескольких часов»

В честь всемирного дня распространения информации об аутизме рассказываем об особенностях поиска таких людей

Дети с аутизмом не пропадают чаще или реже. Но это всегда гораздо более серьезные истории для нас. Ведь мы никогда не знаем на момент пропажи уровень адекватности восприятия окружающей среды у каждого конкретного ребенка. По количеству пропаж, могу сказать, что на крупный мегаполис, в котором мы работаем, в среднем теряются 1-2 таких ребенка. Редко поиск ребенка с аутизмом длится долго - больше нескольких часов. На то есть несколько причин.

 

 

Пропажа детей с РАС (расстройством аутического спектра) имеет несколько особенностей. Во-первых, необходимо как можно более оперативно опросить людей о его особенностях. Если в случае с обычным ребенком, мы опросим родителей, друзей, одноклассников и тд, то в случае с детьми с особенностями развития опрашивать мы будем в первую очередь тех, кто с этим ребенком работает, кто провидит с ним занятия. Необходимо определить типовую модель поведения, если она у ребенка имеется. Это очень помогает, если поведение типичное и характерное, - то ребенок оставляет за собой шлейф свидетельств, по которым его проще найти. Во-вторых, у таких детей бывает очень интересная особенность: мы можем смоделировать, куда он мог захотеть пойти. Иногда достаточно просто посмотреть на его вид из окна и отметить какие-то детализированные предметы, которые его явно заинтересуют. Например какая-нибудь труба завода за несколько километров. И наша задача - проработать путь до этой трубы. Но такой же ребенок может совершенно спокойно спрятаться в каком-то плохо видимом месте и там оставаться, не отвечая.

Другая отличительная черта: родители таких детей объединены в сообщества, соответственно среди них достаточно быстро распространяется информация о пропаже. Для них не является сюрпризом существование отряда «Лиза Алерт» - они знают к кому идти. Оперативность в нашем деле - всегда большой плюс.

Понятно, что аутизм совершенно разный бывает, есть синдром аспергера, при котором ребенок может практически не отличаться по своему поведению от своих сверстников. А есть глубокие изменения, они уже влияют на характер поискового мероприятия. Есть такие аутисты, которые не вступают ни в какие контакты никогда. У них нет друзей, они ни с кем не контактируют. С одной стороны их модель поведения построить просто. С другой, - абсолютное отсутствие даже попыток взаимодействия с людьми на улице дает нам малое количество свидетельств. Особенно если такой ребенок будет целенаправленно куда-то двигаться, не привлекая к себе внимания. Он не создает ощущения заблудившегося, он идет по делам. Такие дети создают нам проблему. Надо отметить, что тот уровень безопасности, который такой ребенок может самому себе обеспечить не соответствует его возрасту, не соответствует его сверстникам. Надо найти его как можно быстрее.

Еще одно отличие - количество людей на таком поиске. Поднять волонтеров, если в описании поиска есть слова «ребенок с особенностями» - это привлекает больше внимания, чем просто «пропал десятилетний мальчик». Особенности развития дают совершенно другой отклик у добровольцев.

Я помню случай, который у нас произошел в 2012 году, самая страшная история - она была связана с холодом и водой. Ребенок очень любил воду, жил в населенном пункте на краю леса и свободно ходил по лесу. И вот при таких вводных, все это сопровождается тем что наступает темное время суток. Это был сложный поиск, было много нервов, участвовало большое количество людей. И был неплохой результат.